КОНТАКТНАЯ ИНФОРМАЦИЯ:

Адрес: 101000, Россия, Москва, Сретенский бульвар, д. 6/1, строение 1, офис 4.
Тел.: (495) 783-04-06,
         (495) 767-04-06,
         (495) 236-90-73.
Е-mail: info@profiok.com

Как нас найти?

ОТДЕЛ КАДРОВ (информация для соискателей) >>>

Новости

У нас нет механизма экономического роста – Абел Аганбегян

22.08.2019


У нас нет механизма экономического роста – Абел АганбегянАкадемик РАН Абел Агенбегян уверен, что для достижения экономического роста правительству следует предпринять коренные меры, поскольку мелкие шаги и полумеры не позволяют преодолеть стагнацию. 

Об этом учёный заявил на заседании Богомоловского клуба, которое прошло в Институте экономических стратегий (ИНЭС). Ключевые положения доклада Абела Аганбегяна приводит портал profiok.com.

Почему нужны радикальные меры?

По словам Абела Аганбегяна, отечественная экономика уже седьмой год, начиная с 2013 года, находится в стагнации. Если рассматривать динамику двенадцати основных показателей, описывающих социально-экономическое развитие, то за это время выросли лишь шесть из них, причём это увеличение незначительно.

Например, ВВП в это время ежегодно увеличивался в среднем на 0,4 процента, что в восемь раз ниже общемирового темпа и в десять раз ниже, чем в развивающихся странах.

Что касается социальных показателей – розничного товарооборота на душу населения, реальных доходов и так далее, то они показывают отрицательную динамику. За прошедшие шесть лет в полтора раза выросла инфляция, снизились инвестиции, «подсели» строительство, экспорт и импорт.

За всю историю новой России, а это почти 30 лет, ВВП вырос меньше чем на 10 процентов, констатирует академик.

«Мы топчемся на месте, а ни одна другая страна мира 30 лет на месте не стоит, – заявил Абел Аганбегян. – Нужны коренные перемены. Путём эволюции и мелких шажков экономический рост не возродить».

Учёный пояснил, что из стагнации выходить несоизмеримо сложнее, чем из кризиса, поскольку стагнация не содержит никаких механизмов восстановления и улучшения. Аганбегян привёл в пример США, где выход из стагнации 1970 года занял более 12 лет. По словам Аганбегяна, экономику страны спас Рейган и его советники. Они предложили решение, которое на первый взгляд противоречило здравому смыслу. В стране, испытавшей серьёзный дефицит бюджета, были снижены налоги. Эта мера простимулировала рост инвестиций. Второе радикальное решение – снижение амортизационных сроков и принудительное обновление оборудования. «Рейгану удалось не просто вывести страну из стагнации, но добиться её процветания, которое продолжалось 25 лет, – заключил Аганбегян. – До 2007 года экономика США ни разу не проседала, резко вырос уровень жизни, до минимума сократилась безработица».

Итак, для выхода из стагнации и перехода к значимому экономическому росту нужны коренные меры. Пока же, как отмечает учёный, действия правительства «только усугубляют положение». 

Например, запрещение долевого участия граждан в финансировании жилья приведёт к его 30-процентному удорожанию и заставит строителей брать долгосрочные кредиты. Это, в свою очередь, резко сократит рост жилищного строительства. В конце 2018 года он снизился на 10 процентов. Увеличение пенсионного возраста и повышение НДС, мягко говоря, не дали положительных результатов. 

«2019 год будет худшим годом стагнации», – подчеркнул Аганбегян. Рост ВВП не превысит 1,5 процента, продолжится снижение реальных доходов.

По словам учёного, в России по сути нет фондового рынка и рынка капитала. От советской системы планирования, которая обеспечивала рост, руководство страны тоже отказалось. «У нас нет механизма экономического роста», – констатировал академик.

Абел Аганбегян перечислил некоторые меры, которые, по его мнению, помогут возобновить значимый социально-экономический рост.

Инвестиции в основной капитал и вложения в экономику знаний

У нас нет механизма экономического роста – Абел АганбегянПо мнению академика Аганбегяна, ежегодное увеличение на 10 процентов инвестиций в основной капитал и вложения в НИОКР, образование, здравоохранение, информационные технологии уже через несколько лет позволит выйти на рост темпами в 3-4 процента.

Рост экономики зависит от многих факторов, объяснил учёный. Например, она может расти за счёт расширения экспорта. Но прежде чем что-то экспортировать, нужно сначала организовать производство и подготовить кадры, которые смогут выпускать конкурентоспособный продукт.

Можно было бы говорить о росте за счёт более эффективного использования фондов. Но, к сожалению, в России фонды старые, они продолжают устаревать и требуют средств на ремонт и обслуживание, не говоря уже о том, что не позволяют в полной мере работать по новым технологиям.

Как показывают работы многих экономистов, между темпами роста экономики и долей инвестиций в основной капитал наблюдается чёткая корреляция. Поэтому начинать нужно с вложений в экономику знаний и с инвестиций в основной капитал, убеждён академик.

Откуда возьмутся средства для форсированных инвестиций?

У нас нет механизма экономического роста – Абел АганбегянЧтобы выйти на 10-процентный рост инвестиций, по расчётам Аганбегяна, нужно ежегодно мобилизовать около 2 трлн рублей дополнительных инвестиций и около 1,5 трлн рублей вложений в человеческий капитал. В дальнейшем эти цифры должны вырасти до 3 и 2,5 трлн рублей соответственно.

Чтобы изыскать эти средства, по мнению академика, нужно отказаться от мифов о том, что стране необходимо иметь профицитный бюджет и колоссальные золотовалютные резервы. Ситуацию, когда страна с низкими темпами развития имеет профицитный бюджет, в результате чего в государстве есть деньги, которые лежат и не расходуются, Аганбегян называет противоестественной.

По словам академика, дефицит в 3 процента от ВВП безопасен для бюджета. При этом он дал бы возможность ежегодно увеличивать расходы на здравоохранение и образование на 3 триллиона рублей.

Но «основной денежный мешок», по мнению Абела Аганбегяна, представляют собой отечественные банки. Объём банковских активов в России составляет около 91 трлн рублей, при этом банки инвестируют всего 655 млрд рублей. Что удивительно, не делают серьёзных инвестиций даже ВТБ и Газпромбанк. «В банковской сфере можно впятеро увеличить инвестиции за счёт перевода текущих средств в инвестиционные, – отметил академик. – Прежде всего это касается государственных банков».

По мнению Аганбегяна, есть и другие источники мобилизации средств, например, привлечение средств населения или наращивание внешнего госдолга. Кроме того, можно освободить предприятия от налогов на прибыль, что будет способствовать выходу прибыли из тени и стимулированию собственных инвестиций. Это, по оценке учёного, даст возможность увеличивать инвестиции на 1 трлн рублей ежегодно.

Расходование инвестиций на технологическое перевооружение

Мало привлечь средства, нужно ещё добиться их эффективного расходования, утверждает Аганбегян.

«Дополнительные инвестиции нужно использовать на технологическое обновление, перевооружение народного хозяйства, изменение материально-технической базы, – считает академик. – За 15 лет необходимо перевести материально-техническую базу нашей страны на передовые технологии, распространенные в развитых странах».

По расчётам Аганбегяна, в сегодняшней России около 23 процентов оборудования с истекшим сроком амортизации. «Всё это должно быть немедленно выброшено», – заявил учёный.

Как говорит Аганбегян, в ближайшие шесть лет получится привлечь 20 трлн рублей дополнительных инвестиций. Их нужно направить на обновление действующего производства, на создание новых мощностей для высокотехнологичных отраслей – фармацевтики, электроники, приборостроения, самолетостроения и других, на развёртывание инфраструктуры, жилищное и социально-бытовое строительство, на создание новой транспортно-логистической инфраструктуры. Кроме того, нужно увеличить вложения в развитие информационно-коммуникационных технологий и как минимум удвоить инвестиции в науку, увеличить вложения в образование и здравоохранение.

Инвестиционный кредит как инструмент для целевого расходования средств

Срок окупаемости вложений в действующее производство составляет от пяти до семи лет, а от вложений в новые мощности высокотехнологичных отраслей – от десяти до двенадцати лет, напомнил Аганбегян. Поэтому выдавать кредиты под 10-12 процентов невозможно, нужно снижать процент хотя бы до 3-5 процентов, хотя и это намного выше, чем в других странах.

«Хотя бы года за три-четыре надо снизить ключевую ставку Центрального банка до 4–5 процентов, а до этого нужно доплачивать процентную ставку за счёт бюджетных денег», – уверен учёный.

Не брать кредиты и жить без долгов – наверное, приятно, но о развитии в таких условиях говорить не приходится. Если предприятие не будет брать кредиты, оно не будет развиваться. Другое дело, что нужно внимательно следить за тем, как и на что расходуются выделенные ресурсы.

«У нас нет денег, если брать их безвозмездно и тратить как бюджетные средства, половина которых идет не по назначению, – признал Аганбегян. – Это относится, например, к большинству инфраструктурных проектов, на которые безвозмездно расходуются баснословные деньги. Если же выделять средства возмездно, через инвестиционный кредит, то выясняется, что у нас имеются огромные деньги».

Стимулирование инвестиций

«Если я строю новые мощности, зачем брать с меня налог? – удивляется академик Аганбегян. – Разве государство в этом не заинтересовано? Оно же получит колоссальные прибыли, как только эти мощности войдут в строй!»

По словам Аганбегяна, технологическое перевооружение отнимает у предприятия много сил и средств, поэтому важно на это время дать им некоторую передышку.

Учёный предлагает отменить налог на прибыль, из которой берутся инвестиции, предоставлять инвестиционный кредит по низкой процентной ставке, а также перейти к проектному финансированию, то есть выдавать кредиты не под залог оборудования, а под конкретные проекты. Кроме того, предлагается ввести налоговые, административные, земельные льготы для компаний, которые разворачивают экспорт готовой продукции с высокой добавленной стоимостью или задействованы в процессах, связанных с импортозамещением.

Структурные реформы: собственность, финансы, ЖКХ

У нас нет механизма экономического роста – Абел АганбегянАбел Аганбегян считает, что России нужен закон о собственности и реформа собственности. На смену приватизации 1990-х где-то с середины 2000-х годов в России начался процесс огосударствления. Сейчас более 70 процентов ВВП производится либо государственными предприятиями, либо компаниями с государственным участием. Около 70 процентов банковских активов также принадлежат государству. По мнению Аганбегяна, естественные монополии мешают экономическому росту. Нужно реорганизовать банки и финансовые структуры, которые должны быть ориентированы на экономическое развитие.

Аганбегян также предлагает подумать о предоставлении самостоятельности субъектов РФ вплоть до переведения их на самофинансирование. По мнению академика, такая реформа будет способствовать развитию регионов. «У нас всё решается в Москве, – признал учёный. – Вы можете себе представить, что губернатор Калифорнии приезжает к президенту США просить деньги, как у нас?»

Необходима также пенсионная реформа, которая позволила бы увеличить доходы пенсионеров. По словам Аганбегяна, пенсия должна составлять минимум 40-60 процентов от средней зарплаты.

Помимо этого, Аганбегян уверен, что в коренном реформировании нуждается «крайне неудачная налоговая система», а также система здравоохранения и ЖКХ. Государство не должно иметь никакого отношения к ценам на электроэнергию, тепло и воду, а бесплатное здравоохранение при 13-процентном подоходном налоге и отсутствии принудительного медицинского страхования – неправильная идея, считает учёный.

«Чтобы создать нормальную пенсионную систему и систему здравоохранения, сделать рыночную систему ЖКХ, необходимо индексировать зарплату, чтобы не снижались реальные доходы», – подчеркнул Абел Аганбегян.

Обеспечение роста доходов

Экономический рост невозможен без платежеспособного спроса, считает Аганбегян. По мнению академика, дополнительные финансовые ресурсы должны быть брошены на повышение благосостояния населения и рост реальных доходов.

Академик уверен, что подоходный налог нужно брать с семьи, а не с каждого супруга в отдельности. Тогда будет понятно, каковы в этой семье подушевые доходы, на что тратятся средства и так далее. В такой ситуации можно вводить необлагаемый налогом минимум.

По словам Аганбегяна, размер минимальной зарплаты нужно как минимум удвоить. Например, по европейским стандартам бедными считают все, чей доход оказывается ниже 60 процентов от медианного дохода. Именно на этом уровне устанавливается минимальная заработная плата.


Полностью текст доклада академика РАН Абела Гезевича Аганбегяна опубликован в журнале «Экономические стратегии» №4 за 2019 год под заголовком «Семь шагов по возобновлению значимого социально-экономического роста».

Вы можете отметить интересные вам фрагменты текста, которые будут доступны по уникальной ссылке в адресной строке браузера.